Книжная полка

Повесть Екатерины Мурашевой «Класс коррекции»: зарисовки Анны Матохиной.

ПО ТУ СТОРОНУ ИСКУССТВЕННОГО ОБЩЕСТВА.

Класс коррекции… В детстве меня пугало это сочетание слов. Почему-то, когда их слышала, мне делалось грустно и тоскливо. При этом я даже себе не могла объяснить, почему так происходило. Наверное, просто боялась попасть в такой класс.

Я знала, что там учатся чаще всего ребята из неблагополучных семей или те, которые имеют проблемы со здоровьем, в основном, в психическом плане. Обе эти причины не имели ко мне никакого отношения, но я все равно чего-то по-детски опасалась. Некоторые учителя в моей школе, помню, между делом возмущались, что в классе «Д» творится сущий ад, они утверждали, что там учатся сплошные дебилы, и нас, если будем плохо учиться и вести себя, непременно туда отправят.
А вспомнила я об этом, читая повесть Екатерины Мурашевой «Класс коррекции». В моем детстве мне были, слава Богу, не знакомы те проблемы, о которых пишет автор. Но… сегодня они являются частью общества, в котором я живу.

Гадко читать и сознавать, что взрослые (администрация школ и комитетов образования, учителя, родители и еще множество взрослых) делят наших детей на «элитных», «обычных» и… «изгоев» общества. Просто прекрасно, что многие мальчишки и девчонки оказываются умнее и не соглашаются с такой искусственной «селекцией». Не до конца испорченные взрослыми, ребята дружат между собой и искренне не понимают, почему ТАК делать нельзя.
В нашей школе, как и в гимназии, о которой рассказала Екатерина Мурашева в повести «Класс коррекции», тоже царило разделение на «сословия». Хотя и не столь ярко выраженное, как в книге. Так, классы «А» и «Б» считались элитными, их ставили в пример другим. А классы «Г» и, особенно, «Д» — это были «гетто», юные жители которых слыли наркоманами, малолетними преступниками и полными идиотами. Мы же, «В»-шки, оказались некой «золотой серединой». Все мы были очень разные, но при этом умудрялись жить дружно, помогали друг другу, поддерживали в учебе и в решении личных проблем. Конечно, не обходилось без конфликтов и бойкотов. Особенно, когда к нам попадали новички. Но до явно выраженной войны с серьезными последствиями никогда не доходило. Мне кажется, что Юру Малькова, одного из героев повести Мурашевой, мы легко бы приняли к себе. Несмотря на болезнь и инвалидное кресло, он был веселым, компанейским и надежным товарищем, а таких у нас любили.

Позже я попала в хваленный «дружный» класс «Б», который оказался, так сказать, в красивой обертке, но гнилым внутри. Там царила атмосфера «холодной войны». Однажды одной из девочек, негласному лидеру, я сказала: «Знаешь, ведь ваш класс «Б» всегда ставили в пример нашему классу «В», такие замечательные дружные ребята, хорошо учатся, уважают учителей… А что на самом деле?!» Помню, как она посмотрела на меня удивленно, а потом с презрительной усмешкой ответила: «Ты что?! Да с кем тут дружить-то?!» И вылила, образно говоря, по ведру грязи про каждого из одноклассников.

Помню, разочаровалась я тогда даже не в учениках этого самого «Б» класса, а в учителях, которые усиленно навязывали модель: «лучший класс — худший класс». А мы-то верили им! 
И вообще, со временем пришло разочарование взрослыми, которые часто придумывают эти никому не нужные деления на: важных, нужных, правых, левых, средних, диагональных, параллельных… Утрирую, конечно, но… истина где-то рядом! За искусственными классификациями часто не видно реальных людей. Настоящих, интересных, уникальных. Грустно от этого как-то. Всегда очень грустно… И выход тут единственный: открыть Душу и воспринимать реальных людей самому. Без навязанной систематики, клише и шаблонов. 
Повесть же Е.Мурашевой «Класс коррекции», возможно, из-за элемента сказки и доброго юмора, или еще по какой-то причине, отнюдь не подавляет пессимизмом. Наоборот, прочитав ее, хочется верить в хорошее и доброе.

Я даже рискнула бы предложить её для включения в школьную программу. На мой взгляд, современным детям важнее понимать, что происходит сейчас и вокруг с такими же, как они сами, а не заставлять их разбираться в мыслях и поступках взрослых дядей и тетей, живших в прошлых веках. Коррекция и исправление – они ведь начинаются с искренних и глубоких чувств…

Автор: Анна Матохина,
Школа журналистики «Первая полоса».

  • 17
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Об авторе

Related Posts

Оставить Отзыв

Оставить Отзыв

Ваш Email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.